ДНИ.ру: Президент Франции Николя Саркози называет Россию главным партнером Европы, а Дмитрия Медведева — стабильным партнером. Кроме этого французский лидер отметил, что «очень счастлив новой встрече с президентом Медведевым». «Я очень ценю открытость, с которой вы выступаете во всех дискуссиях, господин Медведев — очень стабильный партнер«, — заявил Саркози, добавив, что он «высоко оценивает усилия, которые прикладывает президент Медведев, чтобы модернизировать Россию». Главам государств на встрече в Германии предстоит обсудить немало вопросов, в частности, «подготовку к Копенгагену, ситуацию в Иране, необходимость нового толчка мирному процессу на Ближнем Востоке, отношения Европы и России, которая является главным нашим партнером, общую безопасность». Дмитрий Медведев в свою очередь отметил, что «повод, чтобы повидаться, очень хороший — мы сегодня отмечаем 20-летие падения Берлинской стены«. «Но это не означает, что мы не обсуждаем обычные двусторонние вопросы, хотя мы встречаемся регулярно, есть желание общаться чаще и более предметно», — сказал российский лидер. «В Берлине «более комфортное для нас время, чем в Нью-Йорке — европейское время, поэтому проще разговаривать», — добавил он. В предыдущий раз президенты России и Франции встречались в США в сентябре, напоминает РИА «Новости». Глава российского государства обращался к французскому коллеге на «ты», назвал его «дорогой Николя». «Президенты обсудили ближневосточное урегулирование, вопросы, связанные с ядерной программой Ирана, двусторонние отношения и график двусторонних контактов», — сообщила пресс-секретарь президента России Наталья Тимакова.  

Читать далее : http://www.dni.ru/polit/2009/11/9/178944.html

ДНИ.ру: В интервью корреспонденту НТВ Владимиру Кондратьеву для документального фильма «Стена» в связи с годовщиной разрушения Берлинской стены премьер-министр России Владимир Путин рассказал о своем отношении к событиям двадцатилетней давности и взаимном интересе России и Германии. Глава правительства напомнил, что приехал на работу в ГДР в разгар перестройки в СССР. «Был явный диссонанс между тем, что происходило тогда в Советском Союзе, и тем, что я видел в ГДР. Этот диссонанс заключался в том, что люди жили так, как будто ничего не происходит», — сказал Путин, который работал в ГДР в 1985-1990 годах. Премьер отметил, что, хотя работал в Дрездене, в Берлине бывал очень часто. «Когда я впервые увидел это все, то, конечно, стена произвела на меня впечатление. Какое впечатление? Неестественности и нереальности того, что я увидел», — рассказал Путин. По его словам, история человечества знает много различных заградительных и разделительных линий и сооружений, из которых одно из самых известных — Великая Китайская стена. «Но почему она стоит уже сотни лет? Потому что она защищала народ, а Берлинская стена разъединяла его. В этом, конечно, была ее неестественность. Для меня было ясно, что в современном мире народ невозможно удержать, и удержанным он быть не может«, — сказал премьер. Путин отметил, что советская дипломатия не ставила перед собой задачи разделения Германии, а бесперспективность разделения Германии была ясна с самого начала. «Более того, она исходила из того, что Германия будет единым государством, правда, демилитаризованным и демократическим. Кстати говоря, в Австрии это и произошло. Но наши союзники тогда предпочли сначала объявить о создании ФРГ, а потом начались те процессы, которые привели к разделу», — сказал он, добавив, что «Германия и немецкий народ очень долгое время были заложниками борьбы двух сверхдержав и оккупационных сил как на Западе, так и на Востоке. «Германия стала в известном смысле разменной картой в борьбе между этими державами. Но разделение народа бесперспективно. На мой взгляд, было ясно с самого начала, что этого нельзя делать», — заявил Путин. Путин признался, что у него возникло чувство тревоги за немцев. По его словам, внешне все было жестко, управляемо, но в то же время было понятно, что внутри общества назревают очень серьезные процессы, зреют перемены. «А тогдашнее руководство ГДР противилось всяким переменам. Я не говорю, что нужно было делать все то же самое, что происходило в Советском Союзе, но уже какие-то процессы шли изнутри, и эти перемены были востребованы. Но не было вообще ничего, никаких перемен. И это, конечно, вызывало тревогу и за саму страну, и за политические структуры, и за людей, которые — я хочу сказать сейчас одну очень важную вещь — искренне верили в то, что они делали», — сказал Путин. На вопрос, думал ли он во время падения стены, что это конец ГДР, премьер ответил: «Скорее да, чем нет». Главным плюсом разрушения Берлинской стены глава российского правительства считает доверие между Германией и Россией. «Мне кажется, в ходе этих процессов было сделано самое главное, самый главный плюс был достигнут. Он заключается в том, что возникло новое качество отношений между Россией и Германией. Возникло чувство доверия и благодарности», — отметил Путин. Он добавил, что это — «один из тех базовых камней в фундаменте наших отношений, на котором строится здание нашего взаимодействия сегодня». «Обратите внимание: что бы ни происходило внутри самой Федеративной Республики, какие бы серьезные процессы там не происходили, все-таки есть определенный межнациональный консенсус по развитию отношений с Россией», — сказал он. Глава правительства сказал, что первое «очень сильное эмоциональное и сущностное впечатление» на него произвели контакты с Гельмутом Колем в период, когда тот занимал пост канцлера ФРГ. «Я понял, что и в Европе, и в ФРГ есть люди, причем занимающие высшее положение в иерархической государственной лестнице, которые искренне и глубоко убеждены в том, что будущее Европы связано с хорошими отношениями с Россией, с развитием этих отношений. Он говорил об этом так убедительно, что я не только ему поверил, но и сам взглянул на эти процессы несколько по-другому», — признался Путин. По его словам, позитивно сложились отношения и со следующим канцлером ФРГ Герхардом Шредером, и с Ангелой Меркель, которая занимает этот пост сейчас. «У меня и с ней сложились замечательные отношения, очень хорошие — и личные, и деловые. О чем это говорит? О том, что заинтересованность в развитии отношений имеет глубокие корни. Есть понимание, что мы нужны друг другу, и это самое главное», — считает премьер-министр. Говоря о масштабном энергетическом проекте «Северный поток», Владимир Путин заявил, что не сомневается в том, что газопровод будет построен, а политическое давление противников проекта бессмысленно. «Я думаю, что будет, я даже уверен в этом», — сказал глава российского правительства, отвечая на вопрос, будет ли газопровод сооружен в срок. При этом Путин отметил, что «Северный поток» обеспечивает конкурентоспособность экономики Германии и России. «Если мы будем давать относительно дешевый по рынку газ, — потому что трубный газ всегда дешевле чем сжиженный, — то это создаст устойчивую ситуацию конкурентоспособности экономики Германии. Кто же откажется от этого? Никто никогда не откажется. И правильно. Надеюсь, что этого не произойдет», — сказал премьер. Полный текст интервью Владимира Путина размещен на сайте Правительства Российской Федерации.

Читать далее : http://www.dni.ru/polit/2009/11/8/178856.html

ДНИ.ру: Международные сил содействия безопасности в Афганистане под командованием НАТО на коммерческих условиях могут получить российские вертолеты. Такое заявление в среду сделал заместитель генерального директора государственной корпорации «Ростехнологии» Дмитрий Шугаев. В свою очередь, генеральный секретарь Североатлантического альянса Андерс Фог Расмуссен не исключил, что Москва также сможет принять участие в снабжении афганских силовых структур. «Мы на определенных условиях, понятно, что они будут коммерческие, готовы предоставлять в распоряжение коалиционных сил НАТО вертолетную технику различных классов, — приводит РИА Новости слова Шугаева. — Применительно к Афганистану известно, что Альянс испытывает сегодня большие трудности, связанные с обеспечением вертолетной техникой». Заместитель главы «Ростехнологий» также отметил, что существует возможность обеспечить модернизацию винтокрылых машин и подготовить экипажи летчиков. В то же время постоянный представитель России при НАТО Дмитрий Рогозин заверил, что «сапога российского солдата на афганской земле не предвидится». Вместе с тем дипломат отметил, что «это вовсе не означает, что в вопросах поддержки борьбы с талибами мы будем сидеть где-то на задней скамейке». Политик не исключил, что одно из заседаний Совета Россия-НАТО на уровне послов может состояться в столице Афганистана. Но в связи с последним терактом в Кабуле потребуется дополнительное время по обеспечение безопасности. Рогозин также рассказал, что в ходе встречи с генеральным секретарем Североатлантического альянса Андерсом Фог Расмуссеном обсуждал вопросы углубления сотрудничества по Афганистану. «Мы хотим знать цели новой стратегии, которая разрабатывается американцами. Мы хотим быть в курсе всех дел по Афганистану«, — подчеркнул постпред России, напомнив, что Москва оказывает большую поддержку операции международной коалиции. — Это и транзит, участие в антинаркотических проектах и оказание помощи МССБ (Международных сил содействия безопасности) особенно в тех областях, где они ощущают серьезнейший дефицит и политической, и военно-технической поддержки — военно-транспортные перевозки и вертолетная техника». Сам генсек НАТО Андерс Фог Расмуссен не исключил возможности того, что «Россия сможет принять участие в снабжении афганской армии, которая традиционно использует оружие и технику российского (советского) производства». А Агентство Североатлантического альянса по тыловому обеспечению сообщило, что заинтересовано в скорейшем заключении соглашения с Москвой о сотрудничестве в данной сфере.  

Читать далее: http://www.dni.ru/polit/2009/10/28/178203.html