Россия всегда активно занималась освоением Арктики. На ее северных границах, протяженность которых составляет 4 300 миль (7 000 километров), расположено большое количество активно развивающихся городов, а также порт Мурманск, население города составляет 300 000 человек, и это самый крупный город за Северным полярным кругом. Его ближайший соперник в Америке? Город Бэрроу (Barrow) на Аляске с его 4 000 душ.
Снабжение находящихся на большом удалении городов никогда не было особенно легкой задачей. Эта работа выполняется преимущественно флотом российских атомных ледоколов – громадных судов с огромным количеством лошадиных сил в силовых установках, которые нужны для того, чтобы раскалывать океанский лед толщиной до двух метров и осуществлять необходимые поставки. Обогревать и освещать эти города – это еще одна непростая задача, которая стала еще сложней после отмены энергетических и транспортных субсидий советской эпохи. Однако теперь изобретательные русские предложили идею, реализация которой, как они надеются, не только позволит России сохранить статус главной арктической державы, но может также стать прибыльным и ориентированным на экспорт бизнесом. Речь идет о создании плавучих атомных электростанциях (ПАЭС).
Идея ПАЭС проста, хотя и немного жутковата: смонтировать на барже два реактора по 35 мегаватт, доставить ее в нужное место, провести на берег кабель и распределять вырабатываемую электроэнергию. ПАЭС такого размера может снабжать электричеством город с населением 200 000 человек.
Критики этой идеи во весь голос кричат о «плавучих Чернобылях”, хотя эта технология достаточно безопасна. Прежде всего следует сказать, что мобильные атомные установки уже достаточно хорошо испытаны – в том числе и на ледоколах. Кроме того, любой атомный реактор в случае аварии представляет собой реальную опасность, но ПАЭС относительно небольшие по размеру – их 35-мегаваттные установки не идут ни в какое сравнение с Чернобыльской АЭС, мощность которой составляла 4 000 мегаватт. Прототип такого судна уже построен на верфях в Санкт-Петербурге. Теперь на него должны установить реакторы, после чего оно будет отбуксировано в расположенный на российском Дальнем Востоке город Вилючинск (население 25 000), где размещается эскадра российских атомных подводных лодок. Как ожидается, установка будет введена в эксплуатацию в 2012 году.
ПАЭС могут помочь России расширить зону действия в другой очень важной области. Такого рода установки могут оказаться полезными при разработке морских месторождений нефти, 90% которых находятся в районе арктического шельфа этой страны. Мобильные реакторы помогут сократить затраты, а также избавиться от головной боли, связанной с необходимостью доставлять дизельное топливо по морю в сложных погодных условиях. Все это побудило Газпром, который серьезно намерен разрабатывать крупнейшее в мире неосвоенное Штокмановское газовое месторождение в Баренцевом море, заказать несколько ПАЭС у Росатома – государственной атомной корпорации. Другие установки такого рода предполагается использовать при добыче урана.
«Конечной целью этой государственной политики является превращение Арктики «к 2020 году в главную российскую стратегическую базу природных ресурсов», подчеркивается в докладе Норвежского института обороны (Norwegian Defense Institute), авторы которого ссылаются на российские документы.
Западные энергетические и горнодобывающие компании, как ожидается, станут первыми покупателями небольших реакторов, и немало западных фирм, оценив растущий глобальный рынок, начали разрабатывать свои собственные системы. Shell планирует использовать одну такую установку для энергозатратной добычи «черного золота» из нефтеносных песков в канадской Альберте. Toshiba уже проявила интерес к использованию «карманного реактора» мощностью в 10 мегаватт в расположенном на Аляске городе Галена (Galena) c населением 700 человек, что позволит ему избавиться от необходимостью использовать вырабатываемое при помощи сжигания дизельного топлива электричество, стоимость которого в десять раз выше той, которая существует на основной территории Соединенных Штатов.
Пока, однако, только Россия занимается разработкой и строительством плавающих АЭС, использование которых, несмотря на существующие заверения, действительно представляют собой целый набор вызовов. Речь идеи об экологических проблемах, проблемах безопасности, ответственности за ущерб, а также вызовов, связанных с распространением этих технологий. Есть также сложности по обеспечению безопасности периметра и защите от подводных угроз. Многие критики обеспокоены тем, что несущие конструкции защитной оболочки будут демонтированы для того, чтобы разместить реактор на барже, и дополнительные системы безопасности будут также не такими надежными.
Кроме того, возникает вопрос о том, где могут быть размещены подобные ПАЭС. Среди более десяти стран, которые, по имеющимся данным, заинтересованы в использовании мобильных атомных установок, фигурирует Индонезия, подверженная воздействию цунами, не говоря уже о террористах, способных захватить судно и украсть ядерные материалы или просто взорвать реактор, в результате чего, может образоваться огромное радиоактивное облако.
Россия предложила решение в виде модели «строительство – владение – эксплуатация». Принимающая сторона в таком случае будет просто покупать электричество (и, возможно, также опресненную воду), тогда как всем остальным будут заниматься сами русские. Не будет ни передачи материалов, ни передачи технологий, и сама Россия будет заниматься вывозом отходов и переработкой использованных топливных элементов на своей территории каждые три или четыре года, а установка каждые 12 лет будет отправляться в Россию для проведения технического обслуживания, что надо будет сделать всего три раза за весь ее жизненный срок.
«Если взять историю, то Советы и Россия имеют печальный опыт работы с ядерными отходами, – подчеркивает Томас Кочран (Thomas B. Cochran) – эксперт по ядерным технологиям Совета по охране природных ресурсов (Natural Resources Defense Council). Вместе с тем Кочран считает, что ПАЭС не будут представлять собой «каких-то новых проблем – проблемы будут те же самые», по крайней мере в Арктике, которая не особенно гостеприимна для террористов.
Россия, судя по всему, намерена улучшить свою репутацию в области безопасности, и она уже объявила о том, что уровень обогащения на ее мобильных реакторах будет ниже 20%, то есть ниже оружейного порога. Однако Норвежское управление по радиационной защите (Norwegian Radiation Protection Authority) обеспокоено тем, что Россия в конечном итоге может попытаться повысить уровень обогащения для повышения рентабельности, поскольку «главный фокус» – это коммерческое использование такого рода установок. Российские ледоколы вначале использовали топливо, обогащенное до 5%. В настоящее время модели третьего поколения используют топливо, обогащенное до 90% – хотя в этом случае основная мотивация состоит в повышении эффективности, а не в получении денег.
Тем не менее с 1996 года Россия разрешила Соединенным Штатам, а позднее Соединенному Королевству, Швеции и Норвегии помочь ей залатать уязвимые места в ядерных установках для ледоколов, что является хорошим признаком, свидетельствующем о серьезности ее намерений. Пока слишком рано говорить о том, сохранится ли это сотрудничество в коммерческой сфере, особенно в там, где Россия имеет редкое для нее лидерство в условиях жесткой глобальной конкуренции.
Комментарии